From Goethe's Faust
. . . and so who are you, after all?
- I am part of the power which forever wills evil and forever works good.
...Так кто ж ты, наконец?
- Я - часть той силы, что вечно хочет зла и вечно совершает благо. Гете. "Фауст"

Never Talk to Strangers
Никогда не разговаривайте с неизвестными

One hot spring evening, just as the sun was going down, two men appeared at Patriarch's Ponds.
Однажды весною, в час небывало жаркого заката, в Москве, на Патриарших прудах, появились два гражданина.

One of them-fortyish (сорокалетний), wearing a gray summer suit-was short, dark-haired (темноволосый), bald on top (с лысиной на макушке), paunchy, and held his proper fedora in his hand;
Первый из них, одетый в летнюю серенькую пару, был маленького роста, упитан, лыс, свою приличную шляпу пирожком нес в руке,

black hornrimmed glasses of supernatural proportions adorned (украшали) his well-shaven face.
а на хорошо выбритом лице его помещались сверхъестественных размеров очки в черной роговой оправе.

The other one-a broad-shouldered, reddish-haired, shaggy young man with a checked cap cocked on the back of his head
Второй - плечистый, рыжеватый, вихрастый молодой человек в заломленной на затылок клетчатой кепке

-was wearing a cowboy shirt, crumpled white trousers, and black sneakers.
- был в ковбойке, жеваных белых брюках и в черных тапочках.

The first man was none other than Mikhail Alexandrovich Berlioz, editor of a literary magazine, and chairman of the board of one of Moscow's largest literary associations, known by its acronym, MASSOLTT
Первый был не кто иной, как Михаил Александрович Берлиоз, председатель правления одной из крупнейших московских литературных ассоциаций, сокращенно именуемой МАССОЛИТ, и редактор толстого художественного журнала,

and his young companion was the poet Ivan Nikolayevich Ponyryov, who wrote under the pen name Bezdomny.
а молодой спутник его - поэт Иван Николаевич Понырев, пишущий под псевдонимом Бездомный.

After reaching the shade of the newly budding linden trees, the writers made a beeline (прямиком направились) for the colorfully painted refreshment stand bearing the sign: BEER AND COLD DRINKS.
Попав в тень чуть зеленеющих лип, писатели первым долгом бросились к пестро раскрашенной будочке с надписью "Пиво и воды".

And here it is worth noting the first strange thing about that terrible May evening.
Да, следует отметить первую странность этого страшного майского вечера.

Absolutely no one was to be seen, not only by the refreshment stand, but all along the tree-lined path that ran parallel to Malaya Bronnaya Street.
Не только у будочки, но и во всей аллее, параллельной Малой Бронной улице, не оказалось ни одного человека.